«Десятки тысяч учителей станут сопротивляться» — интервью с председателем «Альянса учителей»

Разговор о пропаганде в школах и отправке учителей на оккупированные территории

|

Автор: Константин Молотов

С этого учебного года в российских школах начнут проходить «Разговоры о важном» — внеурочные мероприятия, на которых преподаватели будут обязаны рассказывать о патриотизме, нравственности, гражданском воспитании и прочих «темах, которые волнуют современных ребят». Владимир Путин уже 1 сентября провёл «Разговор о важном», где вместо нравственности рассказал ученикам о «резиновой попе» и в привычной манере подверг критике коллективный Запад.


С 5 сентября «Разговоры о важном» начнут проходить в обычных российских школах в качестве регулярных внеурочных мероприятий. Мы поговорили с Даниилом Кеном — председателем «Альянса учителей» о том, что представляют из себя эти уроки и как противостоять государственной пропаганде в школе.


Режиму стало недостаточно просто подкупать пенсионеров для голосования на выборах или врать по телевизору


Даниил Кен. Фото: Parnas-spb.ru


— О чём вы подумали, когда впервые узнали о том, что со следующего учебного года будут проводиться «Разговоры о важном»?


— Впервые об этом стало известно ещё 17 июня, когда Министерство образования выпустило соответствующее постановление. Оно не вызвало какой-то бурной общественной реакции, потому что учителя уходили в отпуск и публичное ещё не были объявлены темы уроков, но я понимал, что государство будет пытаться проводить через эти уроки свою пропаганду. В этом все убедились уже в августе, когда в числе возможных спикеров появились Рамзан Кадыров и Патриарх Кирилл, а среди уроков тем — «специальная военная операция».


— Почему именно сейчас государство вдруг решило так активно и явно проводить пропаганду в школах?


— На самом деле эти «Разговоры о важном» не стали каким-то серьёзным новшеством и ещё до них государство вмешивалось в образование. Уже несколько лет есть Юнармия, целью которой является милитаризация молодёжи и воспитание лояльности к государству. Также, возможно, это и не было столь заметно, но те же аннотации к школьным дневникам год из года менялись в сторону критики 90-х и восхваления на этом фоне Путина и эпоху «стабильности».


Однако в этом году, очевидно, в связи с войной, которую развязала Россия, режиму стало недостаточно просто подкупать пенсионеров для голосования на выборах или врать по телевизору. Режиму стала необходима поддержка всех слоёв общества и школа просто не могла остаться в стороне. К сожалению, это тот итог, к которому путинский режим шёл все 20 с лишним лет.


— Что «Альянс учителей» собирается в связи с этим предпринимать или уже предпринимает?


— Разумеется, мы поддерживаем тех учителей, которые не хотят заниматься пропагандистской работой. Мы понимаем, что далеко не все могут делать какие-то радикальные шаги: увольняться или публично заявлять свою антивоенную позицию.


При этом мы видим, что к нам пришли уже сотни обращений. Ни по одной проблеме за всё время к нам столько не обращались. Я уверен, что десятки тысяч учителей по все стране станут саботировать и нарушать методички, отступать от них, сопротивляться в той мере, в которой они готовы. Наша задача — их поддержать.


Мы уже выпустили памятку о незаконности «Разговоров о важном» в виде текста и картинок, у нас уже есть успешный пример письма с просьбой освободить детей от этих уроков. Мы сейчас готовим и аналогичный шаблон письма для учителей, которые, очевидно, более смело настроены и готовы открыто объявить администрации, что они отказываются проводить эти мероприятия. Наша организация публично пообещала всем учителям, оштрафованным за дискредитацию армии, помогать в судах и оплачивать им штрафы. Сейчас вполне возможны такие протоколы просто за что-то сказанное во время урока или, например, в учительской. Всем будет оказана помощь и все штрафы будут оплачены. Помимо этого мы консультируем и не только учителей, но родителей и школьников, а также и студентов колледжей, где эти уроки также проводят.


По всей видимости, есть большое количество людей, которые готовы сопротивляться пропаганде


Первый урок «Разговор о важном» 1 сентября 2022 года, который провёл Владимир Путин. Фото: сайт полномочного представителя Президента Российской Федерации в Северо-Западном федеральном округе


— Можно ли, в связи с такой бурной реакцией учителей, родителей и учеников на «Разговоры о важном», назвать достаточно антивоенно настроенными слоями населения? Можно ли этим объяснить и то, что в оккупированные Россией территории сейчас отправляется не так много учителей?


— Да, действительно, государство не смогло завербовать достаточное количество людей. Насколько я знаю отправляли даже тех людей, которые уже завершили свою педагогическую деятельность. По всей видимости, есть большое количество людей, которые готовы сопротивляться пропаганде, но, к сожалению, мы не сможем точно оценить это количество и дать какую-то оценку по всему срезу общества.


— Что может сделать среднестатистический российский преподаватель, который не готов проводить «Разговоры о важном»?


— Юридически семьи и ученики защищены более надёжно. С учителями в этом отношении сложнее, потому что учителя скованы трудовыми отношениями. Заниматься внеурочной деятельностью это их прямая обязанность. Их защищают, скорее, рамочные вещи, например то, что по Конституции и закону об образовании у учителей есть свобода педагогической деятельности. Они, как классные руководители, имеют право самостоятельно выбирать направления этой самой внеурочной деятельности. То есть, они не обязаны проводить те же «Разговоры о важном» в полном соответствии с методичками. К тому же, запреты, которые содержат ФЗ «Об образовании» на политическую деятельность в школе, или вовлечение учеников в подобные мероприятия содержатся и в трудовом договоре. Т.е. фактически учителя не имеют права этим заниматься, но мы понимаем, что подобный спор госорганами не будет рассматриваться объективно.


Также учителей неформально защищает и их преподавательский статус в классе, потому как каждый отдельно взятый урок проходит за закрытыми дверьми, где есть только учитель и ученики. В такой ситуации учитель волен что-то иначе объяснить или каким-то образом выразить свою позицию и саботировать требование, которое к нему выдвигается к нему в методичках. За это преподавателя достаточно трудно привлечь к какой-то ответственности по трудовому кодексу. Я думаю, что случаев привлечения к  дисциплинарной ответственности именно за это будет ничтожно мало.


В этой ситуации родителю куда проще сопротивляться пропаганде, чем учителю


Фото: РИА Новости


— Что могут сделать ученики, чтобы не присутствовать на этих уроках?


— Банально просто не ходить. Ответственности за этой никакой нет. Внеурочные занятия не могут как-либо оцениваться и в том числе их пропуск. Мы понимаем, что откровенный прогул всё же может привести к какой-то напряжённости в отношениях с классным преподавателем или даже вызовом родителей в школу. Поэтому мы рекомендуем открыто заявить свою позицию перед школой и для этого мы создали шаблон с перечислением оснований, по которым ребёнок может не ходить на такие уроки.


Если же родители не хотят воспользоваться нашей памяткой и защитить своего ребёнка, школьник может и от своего имени использовать наши аргументы и уведомить школу, что он не будет посещать эти уроки?


— Есть ли смысл ученикам всё же помещать эти мероприятия и выражать на них свою антивоенную позицию?


— Безопаснее не высказывать свою точку зрения на уроке. Мы советуем родителям, чтобы они говорили детям: «Разговоры о важном» проводятся не с целью что-то объяснить или научить. Они проводятся с целью только обмануть, поэтому, если на уроке происходит что-то с чем вы не согласны, это лучше просто пропустить или обсудить со своими родителями или одноклассниками после урока.


— Можете ли вы дать оценку настроения родителей из-за введения «Разговоров о важном»?


— Большинство писем, которые к нам приходит, пишут родители. Наверное, около 70% всех писем. Оно и понятно — в этой ситуации родителю куда проще сопротивляться пропаганде, чем учителю. К тому же, родители, как правило, куда более остро на это реагируют, чем учителя.  Как правило родители пишут с просьбой прислать им шаблон отказа от этих уроков или же пишут родители, которые уже самостоятельно пытались разговаривать с администрацией и спрашивают как дальше вести разговор.


— Смогут ли в конечном итоге «Разговоры о важном» оказать какое-то существенное влияние на мнение общества?


— Это очень сложный вопрос. Конечно же, влияние эти уроки окажут колоссальное, но на кого, какое и как быстро очень сложно сказать. Пропаганда в целом оказывается более эффективной в младшей и средней школе и в малых городах. Наоборот, в больших городах и в старшей школе она оказывается неэффективной.


Я думаю, что ввиду той критики и недовольства, которое мы уже сейчас видим от учителей, тысячи людей будут это нарушать и саботировать, что послужит примером для учеников. Эффект будет и в ту, и в другую сторону, а к чему это приведёт мы узнаем только через время. 


Редактор: Лев Гяммер

Поддержите Скат media

Наша единственная надежда в эти тёмные времена — вы.