Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) 1 октября 2025 года приняла резолюцию о создании «платформы для диалога с российскими демократическими силами». Это первое официальное представительство россиян в Совете Европы после исключения России в 2022 году. Целью платформы заявляется «построение диалога для решения насущных вопросов, таких как проблемы с выдачей виз, права русскоязычных жителей ЕС, культурное и научное наследие». Количество участников платформы — 12 человек, которые «соответствуют критериям ПАСЕ». Вокруг инициативы уже возникли крупные конфликты, а будущую эффективность платформы многие ставят под вопрос.
Иллюстрация: Стас Сакалов / Скат media
Кто может избираться на платформу ПАСЕ и зачем
В резолюции о создании платформы выдвинут ряд требований в отношении кандидатов. В первую очередь — оппозиционность режиму Владимира Путина, которая должна проявляться в виде публичной критики, отсутствия аффилиации с режимом и поддержке Украины. Требования включают подписание Берлинской декларации: это документ, разработанный весной 2023 года, который выражает солидарность с Украиной, признаёт её территориальную целостность, требует освобождения политических заключённых в России и полного вывода российских войск с территории Украины. Без подписи присоединиться к платформе смогут только представители коренных народов России и россияне, которые служат в ВСУ. Кроме того, участники платформы не имеют права использовать российские государственные символы, включая официальный флаг России — бело-сине-красный триколор. Данные требования появились с целью «предотвратить появления прокси-путинской структуры в ПАСЕ», так как этого опасалась украинская делегация. Подписание Берлинской декларации со стороны кандидатов по задумке должно стать гарантией того, что платформа будет включать только тех, кто готов открыто осудить военную агрессию со стороны России.
Важной частью резолюции о создании платформы стало осуждение нео-империалистической политики РФ. Под «осуждением» имеется ввиду не только признание территориальной целостности соседних государств, но и признание прав коренных народов Российской Федерации. В резулюции прописано, что треть платформы должна состоять из представителей коренных народов, пока не появится отдельного органа для взаимодействия с ними. Как считает консул «Антивоенного комитета России» в Польше Александр Менюков, де-факто это квота для Free Russia Foundation (FRF), так практически все крупные спикеры и организации, занимающиеся вопросами «деколонизации», аффилированы с FRF.
По факту это квоты, которые получила Free Russia Foundation, потому что все деколонизаторские организации, какие-то крупные спикеры, которых мы знаем, они все так или иначе аффилированы с Free Russia. Многие аффилированы через финансы, и Free Russia на самом деле это в своей работе раньше не особо и скрывало, но вот они решили предпринять такой политический шаг, настоять на вот этих вот квотах. Как мне кажется, квоты вообще сами по себе — это такой инструмент, который уже является атавизмом довольно давно в любом приличном обществе. И даже если мы там посмотрим каких-нибудь спикеров, кто говорят об этих квотах в ПАСЕ — Михаил Ходорковский говорит о том, что квоты подобные не работают, и даже бывший директор ФБК Иван Жданов в интервью Плющеву на Breakfast Show высказал скепсис по поводу введения данных квот. Но да, мы должны понимать, что все эти места займут представители фонда Free Russia
Александр Менюков в комментарии «Скат media»
В резолюции прописано, что платформа создана для упрощения диалога между Ассамблеей и лидерами российской оппозиции. В условиях отсутствия представительства внутри страны такая инициатива дала возможность оппозиционным деятелям обрести легитимность. Платформа даёт возможность российской оппозиции выразить свою позицию и выстроить международные связи. Участие в ней — выгодный и логичный шаг для политических деятелей в эмиграции. Несмотря на это, не стоит воспринимать платформу как прямое представительство россиян в Совете Европы. В резолюции прописано, что платформа — место для диалога с деятелями оппозиции, а не орган прямого представительства с теми же правами, какие есть у государственных делегаций.
Заявки на вступление в платформу принимались до 5 января 2026 года, а финальный состав утвердят 26 января. Выдвижение кандидата происходило в свободной форме через почту ПАСЕ, что в теории позволяет избираться любому, кто соответствует требованиям, выдвинутым в резолюции. Гера Угрюмова, основательница правозащитного проекта «Искра», приняла решение выдвигаться на платформу ПАСЕ для того, чтобы помочь начать диалог о проблемах, с которыми сталкиваются россияне как внутри страны, так и за рубежом, а также, возможно, повлиять через ПАСЕ на другие институты:
Я иду в ПАСЕ с целью помощи согражданам, как за рубежом, так и внутри России. За почти четыре года войны стало очевидно: санкции бьют не столько по режиму, который эту войну ведёт, сколько по людям. Причём в первую очередь именно по несогласным с режимом.
Санкции не продуманы, они касаются в первую очередь тех, кто покинул или пытается покинуть страну, а также ещё и тех, кому возможность её покинуть может потребоваться в срочном порядке, для эвакуации. Трудно становится даже уехать, не говоря уже о том, чтобы закрепиться в безопасной стране.
При этом, разумеется, важно понимать, что это не представительство в Еврокомиссии. У этой делегации не будет возможности напрямую влиять на санкционную политику. Однако будет возможность диалога с представителями парламентов стран, имеющих свои делегации.
Таким образом, у нас сразу будет открыта возможность для диалога с правительствами стран, и возможность указать им на, так скажем, их странное поведение в отношении наших сограждан. Например, Хорватия отказывает в убежище людям, потому что Россия внесла их в список «террористов», а они поэтому убежище и просили. Вот будет возможность представителям от Хорватии указать на подобные странные решения.
Помимо этого, не стоит забывать, что ПАСЕ может выдавать рекомендации для Комитета министров, это тоже некоторая возможность для влияния на внешнюю политику стран, что сейчас принципиально важно именно для возможности эвакуации в безопасные страны.
Ну и Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) — это тесно связанный с ПАСЕ институт. Возможно, получится в рамках совместной работы и с другими европейскими институтами добиться выплаты присуждённых компенсаций из замороженных государственных активов
Гера Угрюмова в комментарии «Скат media»
Представителей в платформу отбирают сами члены Ассамблеи. Конкретная методология, которой будут руководствоваться при выборе, не озвучена.
Встреча представителей российской оппозиции с председателем ПАСЕ Теодоросом Русопулосом в декабре 2025 года. Фото: Кирилл Мартынов
Конфликты в связи с созданием платформы
Появление платформы для диалога с российской оппозицией вызвало ряд конфликтов среди её деятелей, снова подчеркнув системную проблему — низкую культуру компромиссов и уступок ради общей цели. «Антивоенный комитет» стоит у истоков создания платформы и участвовал в составлении Берлинской декларации. Фонд борьбы с коррупцией (ФБК), считает де-факто лидером «Антивоенного комитета» Михаила Ходорковского и во многом из-за этого критикует связанные с комитетом инициативы. К примеру, фонд отказался от подписания Берлинской декларации, видя в ней, по словам Леонида Волкова, «инструмент манипуляции со стороны Ходорковского». Похожую позицию разделили во Free Russia Foundation. Организация и вовсе хотела отложить создание платформы.
Непонятно, какое было их целеполагание. Возможно, они хотели выиграть себе один год, например, чтобы выбить лучшие условия своего вхождения в эту платформу. Возможно, они хотели саботировать и полностью уничтожить такую платформу, по логике, если не нам, то никому. Мне представляется этот шаг очень вредным, очень опасным, и это показывает, что некоторые политические лидеры всё-таки больше про себя и про себя любимых, а не про Россию, не про российский народ и не про российскую оппозицию
Александр Менюков в комментарии «Скат media»
FRF получили отказ. Вероятно, это связано с тем, что срок полномочий нынешнего председателя ПАСЕ, Теодороса Русопулоса, скоро подойдёт к концу, а платформу для диалога с российскими демократическими силами он рассматривает как наследие своего председательства.
После этого достоянием общественности стал наиболее громкий конфликт, связанный с платформой — конфликт между Владимиром Кара-Мурзой и Гарри Каспаровым в парижском ресторане. Каспаров начал оскорблять Кара-Мурзу после того, как тот заявил, что не подписал Берлинскую декларацию, так как на момент её создания находился в российской тюрьме. После этого Каспаров заявил, что Кара-Мурзе «должно быть стыдно» говорить такие вещи при Ходорковском, который отсидел «гораздо больше». По итогу перепалки Кара-Мурза вышел из «Антивоенного комитета России».
Президентка фонда Free Russia Foundation Наталья Арно и вице-президент FRF Владимир Милов считают, что конфликт на деле был результатом того, что Каспаров посчитал встречу Юлии Навальной с представителями ПАСЕ 10 декабря «интригой против себя и Ходорковского». В эфире YouTube-канала The Breakfast Show Милов рассказал, что «ничего не предвещало беды»: ФБК и FRF были готовы подписать Берлинскую декларацию после долгих уговоров, но после действий Каспарова отказались от этой идеи. По словам Милова, ранее Михаил Ходорковский предлагал Наталье Арно подать согласованный список кандидатов в платформу с прописанными должностями от FRF, «Антивоенного комитета» и «Форума Каспарова». Владимир Милов заявил, что они отказались, так как хотели «большей прозрачности в платформе». Кроме того, он заявил, что Ходорковский после ужина начал угрожать ему и Наталье Арно «последствиями».
Он сказал, это право людей говорить всё, что они хотят. Я говорю, тогда у других людей есть право реагировать так, как они хотят. Он говорит, но тогда у вас будут последствия
Владимир Милов в эфире The Breakfast Show
Несмотря на конфликт, 25 декабря Free Russia Foundation заявил о выдвижении своих кандидатов в платформу ПАСЕ, что подразумевает подписание Берлинской декларации. Александр Менюков считает, что подписание декларации — «важный и полезный шаг для развития платформы», а конфликт между Каспаровым и Кара-Мурзой навредил только самой платформе.
Как мне кажется, это был такой отчаянный шаг нанести из последних сил политический удар оппоненту. И, естественно, как обычно, этот удар пришёлся не по кому-то в частности, не по Ходорковскому, не по Каспарову. Этот удар пришёлся по всей платформе. И это очень был безрассудный шаг, но имеем, что имеем. И как мы видим, спустя небольшое количество времени рационализм всё-таки возобладал, Берлинская декларация была подписана кандидатами от Free Russia. Мне кажется, это такой важный момент, в который стороны осознали, что ничего страшного в этой декларации нет и можно её спокойно подписать. Вот, даже бывший глава ФБК Иван Жданов тоже подчёркивал этот момент, так что непонятно, зачем из-за этого устраивать какие-то разборки, склоки, конфликтовать. Ну, если написано в резолюции, что чтобы войти в платформу, нужно подписать декларацию, почему бы не подписать? Там очень простые, базовые и общие вещи находятся. То есть конфликт был высосан из пальца
Александр Менюков в комментарии «Скат media»
24 декабря «Фонд борьбы с коррупцией» заявил, что не собирается выдвигать кандидатов в ПАСЕ. Фонд отметил важность сотрудничества российских демократических сил с европейскими лидерами, но посчитал, что платформа не отвечает демократическим принципам:
При этом мы вынуждены констатировать, что предложенный Резолюцией ПАСЕ № 2621 (2025) порядок формирования Платформы не отвечает базовым демократическим принципам. Он предусматривает закрытую процедуру назначения участников Платформы с подачей документов на анонимный почтовый ящик, содержит требования к символике и идейным рамкам, навязанным извне, а также предполагает условия, при которых участие одних групп оказывается предпочтительным по сравнению с другими. В таких рамках ФБК не считает возможным своё содержательное участие
При этом ФБК заявил о готовности поддержать самовыдвиженцев, так как понимает, что ПАСЕ рассматривает ФБК как одну из организаций, поддержка со стороны которой важна для представителей российской оппозиции. Ранее Юлия Навальная заявляла, что «платформа российских демократических сил» в ПАСЕ — это «скорее экспертное сообщество, с которым Ассамблея будет консультироваться», чем представительство россиян.
Илья Яшин, Юлия Навальная, Теодорос Русопулос и Владимир Кара-Мурза на встрече в ПАСЕ. Фото: Юлия Навальная
Чем станет платформа
На данный момент неизвестно, как конкретно будет функционировать платформа. В резолюции о создании декларации нет конкретных пояснений о процессах, которые будут происходить между платформой и другими органами Совета Европы. Известно, что участие в платформе также позволит российским демократическим силам присутствовать на заседаниях комитетов, подкомитетов и сетей Ассамблеи во время заочных сессий и выступать с речью, «когда это будет разрешено соответствующими председателями», а также, что «Ассамблея приветствует другие парламентские инициативы, поддерживающие российские демократические силы, и поощряет синергию между своей платформой и другими инициативами, в частности, теми, которые предпринимаются Европейским парламентом». Как тезисы из резолюции будут работать на практике — неизвестно.
Редактор: Лев Гяммер
