Экс-директор «Фонда борьбы с коррупцией» Иван Жданов, который проработал в организации свыше 10 лет и покинул её осенью 2025 года, дал большое интервью журналистке Ирине Шихман. В разговоре с ней Жданов рассказал, как организовывал вывоз биоматериалов Навального за границу — в западные лаборатории, которые позже установили, чем отравили политика в заполярной колонии. Кроме того, Жданов высказался о своих расхождениях с руководством ФБК, о решениях фонда, с которыми он был несогласен, а также о подписи Леонида Волкова под письмом в поддержку банкира Михаила Фридмана.
Видео: YouTube-канал «А поговорить?»
О вывозе биоматериалов Навального
Кто сказал, что они (люди, которые помогли с вывозом, — прим. ред.) внутри тюрьмы? Я не могу говорить какие-то детали, потому что это связано с людьми, которые до сих пор находятся в России. Люди, которые рискнули очень многим и сделали возможным доказать, что Алексея Навального убили. По биоматериалам многие решения мне приходилось принимать самому, потому что это важная и чувствительная тема, и, когда об этом узнает более широкий круг, есть очень большой риск, что все провалится. Я долгое время боялся, даже когда тело отдали [матери Навального], что сейчас тело похитят, заберут. Когда у них (силовиков, — прим. ред.) произойдёт отмена, они не дадут похоронить Алексея нормально. Принималось решение положить AirTag рядом — для того, чтобы просто отслеживать, куда увозят
Об увольнении из ФБК
Я потерял доверие к своим коллегам, к руководству. Я не готов работать там под руководством людей, которым я не доверяю. В эмиграции всё поменялось. Базовый принцип ФБК: «Не врать и не воровать». Мне кажется, руководство отступило от этих принципов. Мне кажется, наступил период, когда мы что-то один раз не договорили, что-то второй раз, третий раз прикрыли друг друга… И мне кажется, что вот так и разрастается путинская система лжи, когда друзьям допускается всё что угодно
Иван Ждавнов. Скриншот из интервью
О неправильных решениях ФБК
Я говорил [перед увольнением] о вещах, с которыми я кардинально не согласен. Есть какие-то вещи, где мы допустили большую халатность, которую нужно встать и признать ответственность — за донаты, например. Когда уголовные дела возникают за донаты в ФБК, когда мы принимали платежи из России. Это ошибка, которую нужно признать. Это ошибка [Леонида] Волкова
О письме в поддержку Фридмана
Я был тогда в Штатах, я видел, как эта история возникала, когда [бывший главред «Эха Москвы» Алексей] Венедиктов начал публиковать это, мы быстро устроили созвон с Волковым и с [главой ФБК Марией] Певчих, и он говорит: «Эта история выдумана. Этого письма нет, я это письмо не подписывал». И потом уже выясняется, что «я имел в виду, что я не подписывал коллективное письмо, а индивидуальное я подписал». Это человек соврал, получается. Самый главный вопрос, который витает в воздухе — брал ли Волков деньги за это письмо. У меня создалось ощущение, что нет, не брал
Роман Рубанов, Алексей Навальный и Иван Жданов на заседании ЦИК России, 25 декабря 2017 года. Фото: Евгений Фельдман
О подпольных штабах и приговоре за граффити в поддержку Навального
Это была моя полностью инициатива, моя идея от начала до конца. Не получилось, ну это достаточно опасный проект. Понятно, что в нём изначально заложены большие риски, мы о них предупреждали, но эффективность этого проекта оказалась не такой высокой. Ты когда предупреждаешь человека, что это [участие в подпольных штабах] очень рисковое мероприятие — я в своих эфирах говорил: «Да, это рисковая штука для тех, кто хочет это делать» — и многие хотят. У кого-то есть такой порыв, и он присылает нам фотографии [с протестными граффити]. Это не то, что мы берём ответственность как террористическая организация за этот разрисованный забор. Человек разрисовал и говорит: «Покажите»
Леонид Волков и Иван Жданов. Фото из соцсетей
О юрлицах ФБК и присвоении денег
Я даже всю структуру, мне кажется, не знаю, но их пять юридических лиц. Вот есть американское юрлицо, оно собирает донаты. Туда приходят пожертвования. Есть юридические лица по центру. Туда приходят какие-то институциональные доноры, могут гранты какие-то прийти, ещё что-то. И есть финальное внизу в этой структуре, есть финальное Anti-Corruption Foundation Europe, в котором находится основной штат сотрудников. Руководство находится где-то в промежутке, между ACF американским и европейским. Все сотрудники находятся внизу, в одном юридическом лице. <…> Не всё там было чисто. Я скажу, что хорошо бы там провести тщательный аудит. Есть в юридических лицах в том числе и фиктивные сотрудники. <…> Пожертвование идёт на американское НКО. Из американского НКО это идёт в первое литовское НКО. За это лицо отвечает Волков. Дальше деньги переходят уже в финальное литовское юрлицо, где пул сотрудников. <…> [Деньги теряются] на этапе вот этого посредника, он вообще не нужен. Но поскольку он (Волков, — прим. ред.) отвечает за финансы, деньги всё ещё проливаются вот таким путём. Какая-то часть денег может пойти на какие-то истории личные, не связанные напрямую с ФБК. <…> Там могут находиться какие-то сотрудники, которые не выполняют поручения ФБК. <…> Вообще, они непонятно кто. Я некоторых не знал вообще. Я не знаю этих лиц. Кто они? Что они? Что они там делают? Понятия не имею. Я несколько раз говорил, что вот это недопустимо. <…> И это исправлялось. Я не видел уже, в каком виде потом это исправлялось. Я видел, что человек пропадает. <…> Нет его в платёжных листах
